Ты бредешь по дорогам меж гор и равнин,между днем и провалами ночи.И ты чувствуешь, как остаешься одинпосреди бесноватых и прочих. Наступает рассвет, расступается тьма — только божьего нету простора:то ли праздник лихой, то ли злая тюрьма, то просто пасленовый морок.Не забыть никогда этот подлый удар,будто брату ножом в неприкрытую спину. Сколько русских солдат полегло за […]
се, что было, вспомним все, что было!Даже то, что помнить не могли,поднимает плазменная силаиз глубин обугленной земли. Наступает время, проступаетзыбких кинокадров череда — вся земля, от края и до края,как чужие дни и города. Пролетают птицы, будто ночи,и не греет старое пальто!Сигареты курятся корочеи вино на вкус уже не то. Кто поймет и, может быть,
Я от первого лицаза здоровье фараонавыпью водки до конца — и пошлю вас до Херсона.Двести водки, сигарета,и послать вас всех на это,и послать вас всех на ту,или дальше — в Катманду. А потом допить, что было,как мне мама говорила,докурить на баке трубку — и послать вас всех в Алупку.Не по вашей, по другой,по дороге дорогойпо
Вы оба красивы,как жизнь по уму:сестра моя в Киеве,а брат мой в Крыму. Одна — коми-язьвинка,другой — армянин:от горя до праздникаодна и один.Ушли мои родичи,распалась страна.Кому пить за почести,а этим — до дна. Ни папы, ни мамы,далеко сестра.Ракеты от Камылетят до Днепра. Скажи, чего ради,по детям стрелять?Построились, бляди,ответы держать!Сестра моя Валяи брат Николай,давно отгуляли мы
Вижу ветреный листили ярую рысь,или волка в лесу первоснежном,будто сумрачный сонсразу с разных сторонобступает, смежая мне вежды. Ничего краше нет,чем наш северный светв беломошных борах и болотах!Наступает сентябрьтихим шагом, как встарь,на холодных югорских широтах. Как туман над рекойили дым над тайгой,застят слезы мне вечную память!Только запах смолыи тепло от золы,как страна, пережитая нами. За рекою
Какие были пацанысолнцеволосые,победоносныебойцы и бегуны –выпускники провинциальных школ.Писали формулы на парте,Водили девушек в кино,не зная, что разрешеновино в квадрате – как одноиз двух неблагодарных зол.Один мечталпопасть в Морфлот и грезил кортиком.Второй решилрвануть впередвоенным летчиком.А третий – не такой, как все –с рожденья былконферансье.Один, запаса капитан,начштаба робы,минуя порты мирных стран,вошел в Чернобыль.Второй стал первым на чертечерез